Здесь можно купить рыболовные катушки

Жизнь на украинско-советской границе

15. 05. 11
Останнє оновлення: 11 травня 2015
Створено: 11 травня 2015

   Кучурган - село в Одесской области на берегу одноимённой речки, по которой проходит украинско-молдавская (а по факту - украинско-приднестровская) граница. Посёлок Первомайск за лиманом - это уже территория непризнанной Приднестровской Молдавской Республики.

   Главная улица Кучургана - имени Ленина - усеяна глубокими ямами. Некоторые из них засыпаны щебнем. Здесь расположены сельсовет, дом культуры, школа и церковь. Позади сельсовета стоит памятник неизвестному солдату, а на входе школы - мемориальная доска: «учебное заведение построил директор совхоза Павел Каплун». Только памятника Ленину здесь нет и, как говорят местные, никогда не было.

   - Был совхоз-миллионер. Раньше, когда прозвенит первый звонок, мы уходили на уборку винограда - до 20 ноября, пока не уберём всё, - вспоминает директор кучурганской школы Лариса Васильевна. - Мы с удовольствием туда ходили, потому что было три приза. Класс, собравший больше всех, получал турпутёвку в пределах Советского Союза. Кавказ, Прибалтика - где только я не побывала таким образом! Второе место - в пределах Украины, третье - Одесса с посещением музеев, театров, цирка. Вопрос в космос: кто сейчас может себе нечто подобное позволить? Никто.

   Кабинет Ларисы Васильевны обставлен скромно, да и вся школа слегка запущена. Здание периодически ремонтируют, но только за родительские деньги. Стены красят в грязно-зелёный цвет, некогда популярный в СССР.

   - Наша школа изначально была русскоязычной, но когда был принят закон, що ми маємо перейти на державну мову, то школа стала україномовною. Це було важко спочатку, тому що це колишня німецька колонія, і корінного українського населення тут нема і ніколи не було.

   Немцев депортировали после Второй мировой войны. Их место заняли русские, украинцы, евреи, молдаване - в сельсовете насчитали восемнадцать национальностей. Теперь в школе всего два русских класса, а в остальных русский изучают с пятого класса. Родители рады, что их дети учатся на украинском - так легче сдать тестирование. По словам директора, в прошлом году только трое были против.

   Иногда в кучурганскую школу приходят ученики из Приднестровья, чтобы получить украинский аттестат. Но бывает и наоборот - кучурганские школьники отправляются учиться за лиман, где образование якобы качественное. Советское.

   Вот и учительница украинского языка Анна Анатольевна закончила Приднестровский государственный университет. Правда, потом пришлось подтверждать диплом в Украине, но опыт работы позволил избежать переаттестации. Говорит, что там ей очень нравилось - поступила по собеседованию, без экзаменов, преподаватели были профессиональными и никогда не требовали взяток.

   Рідне Придністров'я

   На пороге столовой нас встречает резкий запах манной каши и жареных пирожков. На витрине - слипшиеся макароны с сыром. В столовой кормят только младшие классы. На каждого школьника Министерство образования и науки выделяет по четыре гривны в день. Повариха Татьяна Григорьевна говорит, что на эти деньги порой удаётся накормить детей мясом или мойвой. Вместо гречки в рационе сечка. Родители доплачивать за хорошее питание не хотят, начинаются споры: я заплатил, а тот нет, но его ребёнок тоже ест.

   Татьяна Григорьевна родом из Днепропетровской области и говорит на суржике. Переехала в Кучурган ещё в 80-е, потому что здесь раздавали дома. Она на пенсии, но вынуждена работать - на 949 гривен выжить тяжело.

   - Чую по телевізору: середньомісячна зарплата на Україні - три тисячі. А в нас тисяча двісті вісімнадцять гривень ставка. Це грязними - вищитують воєнний збір, по доходний. Мало того, що я пенсіонерка, з мене все одно пенсійний здирають. Чим я буду платити за газ? І в субсидії я не вірю. Безплатний сир тіки в мишоловці. Як захочуть - найдуть десь якусь закарлючку та вищитають у двократному-трьохкратному розмірі. Лишишся без нічого взагалі.

   Спрашиваем о Приднестровье.

   - Ось воно, рідне Придністров'я наше!

   - Чому рідне?

   - Не знаю. Я звикла до нього. Ми туди ходили скуплятися за радянських часів - і по сметану, і по молоко. Мені там дуже подобається. Чистота ідеальна, порядок такий, що нам до того далеко, хоч і кажуть, що там бананова республіка. Дерева всі побілені, окопані. І там морозиво. В нас такого морозива нема. Натуральне. Таке солодке. Як при Союзі.

   О жизни в Приднестровье она знает от сына, который там живёт. Сама давно не ездила - дорого. В обменниках за одну гривну дают сорок две приднестровских копейки. Цены на продукты и проезд выше, чем в Украине. Чтобы проехать двадцать пять километров от границы до Тирасполя, придётся заплатить шестнадцать рублей - почти сорок гривен. А вот приднестровцы часто ездят за покупками в Кучурган: меняя рубли на гривны, получают неплохие деньги.

   Переход

   Тётю Олю в Кучургане знают все. Каждый день она ходит через границу на работу в кафе. В Первомайск переехала несколько лет назад из Кишинёва, потому что в Молдове запретили вести документацию на русском. А румынского тётя Оля не знает.

   - В советское время мы не учили молдавский, нас не стимулировали. Тогда русских ставили превыше всего. В этом виноваты советские руководители. Вот почему было не преподавать нормально молдавский? - говорит она и пускается в рассуждения о политике: - Говорят, это Путин виноват, что Приднестровье не хочет обратно. Но виновата советская власть. А Путин, наоборот, хочет всех объединить.

   Сказав это, тётя Оля допила пиво, которое клиент оставил на дне бокала. Судя по слегка опухшему лицу, обычное дело.

   Дальше оказывается, что тётя Оля боится Правого сектора, якобы стоящего на подъезде к Кучургану. А в одесских маршрутках хватают каждого, кто не понравится спецслужбам. О ПМР отзывается с восхищением: там легко дышится, а вот в Украине спецслужбы постоянно слушают разговоры. Больше всего в Первомайске ей нравится дешёвое жильё и вкусный батон.

   Чтобы пустили в ПМР, нужно указать в миграционной карточке точный адрес места, куда ты отправляешься. Наша версия - «крепость в Бендерах» - не подошла, и нас отправляют в КГБ. В Приднестровье пограничная служба входит в состав Комитета госбезопасности.

   Как для кагебиста начальник поста выглядит приветливо.

- Вы что, не могли в интернете посмотреть точный адрес крепости? - улыбнулся он. - Где прописаны?

   Узнав, что мы родом из Донецкой области, кагебист принимает нас за своих:

- Что у вас там сейчас происходит?

- Стреляют иногда. Но люди хотят мира...

- А кто виноват во всём?

- Да обе стороны, - нам ведь нужно попасть в Приднестровье. - Одни начали, другие продолжили. Не может быть в конфликте виновата одна сторона.

- А Путин виноват? - взгляд кагебиста сияет как у кота Бегемота, а лицо озаряется лукавой улыбкой.

- Нельзя же одного человека винить, - и этот наивный ответ обеспечивает нам пропуск на территорию непризнанной республики.

   Зона доступа

   В отличие от Кучургана, в Первомайске есть многоэтажки. Как и в Кучургане, главная улица носит имя Ленина. Две улицы Ленина по обе стороны границы идут параллельно. Посёлок разделён на две части - верхнюю и нижнюю: местные называют их зонами.

   Нижняя зона - культурный центр: памятник Великой Победе, дом культуры, музыкальная и обычная школы. Верхняя зона - многоэтажки и парк, где планируется митинг 9 мая.

   Поселковый совет Первомайска - огромное здание, похожее на украинские облгосадминистрации. Ещё в Первомайске есть несколько небольших магазинов и кафе, где нам предложили отбивную за сорок рублей - сто двадцать гривен. В Приднестровье действительно всё очень дорого.

   Люди на улицах посёлка в основном прогуливались или сидели на лавочках. Возле одного из магазинов выпивала компания мужчин средних лет. На отказ собутыльника выпить ещё один из них возмутился: «ты молдаванин, что ли?». Впоследствии местные рассказали нам, что такую презрительную реплику можно услышать даже из уст этнического молдаванина.

   Приднестровские деньги мы не различаем, поэтому по ошибке даём водителю попутки сто рублей вместо десяти. Смеясь, водитель возвращает деньги обратно. Рассказывает о пластиковых приднестровских монетах.

   - Наш президент слегка того, вот и ввёл их.

   Раздобыть цветастые композитные монеты нелегко: девушка в обменнике объяснила, что в обороте их совсем немного. Приднестровцы сохраняют монеты для себя как сувениры.

    Ещё одна проблема в Приднестровье - мобильная связь. Пользоваться молдавским роумингом здесь нельзя, а единственный оператор ПМР - «Интерднестртелеком» - работает в стандарте CDMA. И SIM-карту в киоске не купишь: приднестровцы покупают номер вместе с телефоном.

   - Я из Молдовы телефон с картой Orange привёз, иначе никак, - хвастается прохожий.

   - Дороги у них лучше, чем у нас. И зарплата стабильная, много денег Россия вливает, - кратко описывает преимущества ПМР сельский голова Кучургана Анатолий Левицкий. На вид ему около шестидесяти, ездит на жигулях. По его словам, около тысячи граждан, прописанных в селе, постоянно живут в ПМР. Украинская прописка и загранпаспорт для них - возможность выехать за границу.

   Эхо сепаратизма

   Весной прошлого года кто-то повесил российский флаг на здание Кучурганского сельсовета. Левицкий уверяет: глупая шутка пьяной молодёжи. Вдобавок не местной, а в основном из Приднестровья. Но триколора хватило, чтобы «лжепатриоты», как называет их сельский голова, сообщили в Одессу о сепаратизме. Спасать село приехали представители люстрационного комитета и Правого сектора.

   - Как ряженые клоуны - в касках и наколенниках приехали. В школу! - злится сельский голова.

   Учительница младших классов Анна Филипповна - местная проукраинская активистка - говорит, что люди в Кучургане, как и год назад, ждут Путина и смотрят в основном российское телевидение. На обычную антенну здесь можно поймать приднестровские и московские каналы. Украинские - только по спутниковому.

   - Нас так уміло поділили. Одні були за Януковича, другі за Ющенка. Так воно й тягнеться. Перші тепер проросійські, а другі проукраїнські, - говорить учителька. - Минулої зими мені особисто виказували за мої погляди, розмалювали забор фашистською свастикою. За що? Подзвонила в міліцію - навіть не хотіли прийняти від мене заяву.

   Здание Кучурганского дома культуры украшает мозаика с изображением сборщиц винограда. В холле помещения много фотографий из Приднестровья. Тридцатилетняя Надежда, директор дома культуры, несколько лет назад переехала в Кучурган из Первомайска. Там, по её словам, уровень культуры гораздо выше:

   - В Приднестровье каждый второй музыкант. Если не танцор и не хореограф, то инструменталист. У нас там дрессировка очень мощная, что в музыкальной школе, что в доме культуры - всё профессионально. Я была в шоке, когда пришла сюда работать. Здесь не уделяют культуре никакого значения.

   На столе лежит афиша концерта ко Дню Победы. На плакате - цветки красного мака, символ памяти о жертвах войны. Руководство дома культуры подстраивается под политическую конъюнктуру: например, из танцевального попурри «Дружба народов» по просьбе районного управления культуры убрали российскую часть.

   - У каждого в душе одно мнение, а должны показывать совершенно другое, - жалуется Надежда. - Все боятся. Не кого-то определённого. Всё перепуталось в голове, как и в стране. Главное - мир. Видите, мы возле границы, как евреи - чуть-чуть тем, чуть-чуть тем, лишь бы не враждовали. Хотите маки - мы вам маки сделаем. Мы не считаем врагами Россию или Приднестровье. Мы хотим, чтобы это была Украина, но не хотим, чтобы это была Америка.

   Она рассказывает о «настоящей истории»: её бабушка рассказывала о зверствах румын и «бандеровцев» в Кучургане во время Второй мировой.

   - Я не согласна с тем, что сейчас происходит во Львове. Не согласна с этими новыми национальными героями, потому что я перелопатила кучу исторических фактов и смотрела видео, где Бандера встречает Гитлера. А рядом несут свастику и герб Львова.

   В подтверждение своих слов Надежда показывает видео - нарезку роликов с националистических маршей в Киеве и Львове, а также с Майдана. Несколько раз указывает пальцем на красно-чёрный флаг, чтобы было понятней, кто на экране. В ответ на замечание, что во Львове живут не только радикалы, девушка соглашается и говорит, что с радостью когда-нибудь съездила б туда.

   Боритесь за республику

   Дом культуры в Первомайске приличнее своего кучурганского брата. Первый этаж украшен ко Дню Победы: длинные георгиевские ленточки, изображения советских орденов, на столах поделки, открытки, модель танка Т-34 из спичек. На потолке висит большой диско-шар.

   Директор Валентина подтверждает слова Надежды о высоком уровне культуры в ПМР:

   - На Украине всё стараются перевести в шоу-бизнес и заработать денег. У нас всё не так.

   О ситуации в Украине она знает - часто бывает там у родственников и друзей. Один раз даже побывала на Западной Украине на свадьбе.

   - Западенцы всё мне тогда талдычили про «самостійність». Я говорю: зачем она вам? А они мне: «у мене на городі кулемет, я піду воювати». Вы, если поедете туда, то увидите, что там даже хаты так построены, чтобы пулемётное гнездо обустроить. И несколько выходов из дома, чтоб уходить от врагов.

   Узнав, что мы родом из Донбасса, начинает сочувствовать:

   - Жалко людей. Не нужно было Украине наступать на Донбасс. Ведь можно было, чтоб и западенский, и украинский язык, и русский были...

   Сейчас, по словам Валентины, жизнь в Приднестровье стала хуже из-за Украины.

   - Сняли часть пенсий и зарплат. Но наш президент, Евгений Шевчук, ищет выходы из ситуации. Мы же раньше хотели к Украине присоединиться, но они нам вместо этого устроили блокаду.

   Уже на ступеньках дома культуры Валентина приглашает нас на митинг-концерт 9 мая и желает на прощание:

   - Удачи вам, ребята! Боритесь за свою республику!

Виктория ТОПОЛ, Роман ГУБА uainfo.org

1 1 1 1 1 [11 Votes]